Нынешний год - первый, когда ЕГЭ полностью вступил в свои права на всей территории России. Сегодня, 27 июля, первый день, когда стали известны первые результаты зачисления студентов в вузы по результатам единого государственного экзамена. Наивно было бы полагать, что повсеместное внедрение ЕГЭ пройдет без сучка и без задоринки. Как правило, никого не удивляет, когда первый блин выходит комом. Но уже сегодня становится ясным, что такого кома от этого «блина» вряд ли кто ожидал.

Ещё пару недель назад в Интернет начали просачиваться слухи, что, дескать, в этом году в столичных вузах наблюдается наплыв абитуриентов из наших кавказских республик, процент отличников среди которых на удивление высок. По данным руководителя Рособрнадзора Любови Глебовой данные слухи не подтвердились. В то же время Рособрнадзор привел другие, не менее тревожные факты. Ведомство выборочно проверило 370 «стобалльников» (в ЕГЭ это высшая оценка). Четверть работ не соответствовала полученному результату. Если учесть, что в этом году высшие баллы по разным предметам получили всего 2336 человек (0,2% от общего количества сдававших в этом году экзамен), то можно сделать предварительный вывод, что и у оставшихся чуть менее 2000 выпускников не все так гладко с успеваемостью, как выглядит на бумаге.

Зато Рособрнадзор подтвердил информацию о том, что в этом году среди абитуриентов на редкость большое количество различных льготников, в том числе и фальшивых. Вдруг, откуда ни возьмись, стали появляться в невиданных прежде количествах «чернобыльцы», «инвалиды» и прочие дети лейтенанта Шмидта. Сейчас в России существует более 150 категорий льготников, имеющих преимущественное право к зачислению в вузы. Последние оказались в сложной ситуации, опасаясь, что у них может просто не хватить на всех бюджетных мест.

Данная неопределенность усугубляется новым порядком, действующим с этого года, когда любой абитуриент может подавать заявления одновременно в несколько вузов, на несколько факультетов и специальностей в надежде прорваться хоть куда-нибудь. Новый порядок породил парадоксальную ситуацию. Во всех вузах конкурсы на одно место резко зашкалили до невиданных прежде величин, не отражая при этом реальную ситуацию. И это происходит на фоне снижения общего количества абитуриентов, поскольку поступающий нынче 1992 год является одним из менее благополучных в демографическом отношении. Не зная, какой процент подавших заявления абитуриентов окажется «мертвыми душами» (ведь, подав заявления в несколько вузов, абитуриент также в несколько может быть и зачислен, при этом выбирать ему все равно придется только один), вузы, по сути, до последнего момента не будут знать, состоялся у них набор или нет. О том, что новый порядок резко увеличил нагрузку на приемные комиссии вузов и говорить не приходится. При этом для всех очевидно, что большая часть этой работы будет проделана впустую. В связи с этим Роспотребнадзор планирует уже осенью обратиться в Госдуму с предложением пересмотреть и сократить перечень льгот при поступлении в вузы.

Но новый порядок оказывает системе высшего образования и всему будущему рынку труда ещё одну медвежью услугу. Он создает и поощряет такую ситуацию, когда абитуриенту становится безразлично в каком вузе и какой специальности обучаться. Так, начальник одного из управлений Уральского экономического университета отмечает: «Треть наших абитуриентов подали документы сразу на все 38 специальностей, имея в базе ЕГЭ по пяти предметам». Прежде мы уже писали о подобной особенности российского высшего образования. Описанное выше нововведение делает процесс получения высшего образования в России ещё более простым и формальным.

Какими последствиями эта ситуация грозит, которые специалистам видны уже сегодня? В первую очередь, они опасаются, и не безосновательно, что на ряд специальностей заявления вовсе не будут поданы или будет существенный недобор. Отчасти это связано с тем, что эти специальности не пользуются популярностью, отчасти тем, что поступление на них требует дополнительных компетенций (дополнительных экзаменов ЕГЭ, прохождения творческих конкурсов и пр.). А в это время конкурс на экономические и управленческие специальности, которые не требуют сдачи дополнительных экзаменов, в некоторых вузах перешагнул все разумные границы, составив и 100, и 200, и 300 человек на место.

Какой выход видится для вузов и абитуриентов из всей этой ситуации, которые уже без малого через месяц должны начать учебный год, как ни в чем не бывало, прекрасно сознавая, что наше образовательное ведомство будет ещё долго шлифовать и тюнинговать своё детище? Сейчас, чтобы разобраться, кто есть кто среди вновь набранных студентов, вузам придется набирать большее число студентов, чем плановый набор, а потом в течение первого года отсеивать самых нерадивых и учить тех, кто докажет свою способность учиться. Но по причинам, о которых уже говорилось выше, такой сценарий в нынешних условиях вряд ли возможен и, более того, вряд ли приемлем для вузов. А это значит, что, какие бы на самом деле знания у студентов ни были, все они так или иначе найдут себе место, а вузы продолжат учить тех, кого выпустила средняя школа и в том объеме, в котором она выпустила. Следовательно, на ближайшее время говорить о каком-либо существенном прорыве в части повышения качества высшего образования в России не приходится. И напоследок риторический вопрос: Но если никаких существенных улучшений в системе в целом наблюдать не удается, то зачем тогда затевались все эти реформы?

P.S. Помнится, совсем недавно министр образования и науки А. Фурсенко убеждал президента, что эксперимент с ЕГЭ удался и все такое прочее. Расшифровку можно прочитать на сайте президента.

P.P.S. Кстати. Уверяли, что ЕГЭ придумали специально для того, чтобы выбить почву из-под ног у взяточников, засевших в школах и вузах. Сейчас пока рано говорить, насколько эксперимент оказался удачным, и насколько новый механизм окажется действенным. Но в этом свете интересно другое: будет ли создан и планируется ли механизм, который выбьет почву из-под ног взяточников от образовательного и научного (и околонаучного) чиновничества?