Здесь, в России, как мне рассказывал знакомый экономист, проживший три года в семи минутах ходьбы от Елисейских полей в городе Парижу и возвращающийся ныне на Родину, есть «своя схема». Кроме нюансов с несоблюдением законов, преступностью, идиотскими ценами на почти все товары и...
, как мне рассказывал знакомый экономист, проживший три года в семи минутах ходьбы от Елисейских полей в городе Парижу и возвращающийся ныне на Родину, есть «своя схема». Кроме нюансов с несоблюдением законов, преступностью, идиотскими ценами на почти все товары и услуги и прочими радостями постсоветского пространства здесь осталось то, чего «там» нет. Я говорю о взяточничестве.
В России почти не существует безвыходных бюрократических ситуаций, потому что все берут. В детстве взрослые не рассказывали, но было непонятно, почему у директора, который получает всего в полтора раза больше папы, есть джип, а у нас Иж Юпитер 5 с люлькой. В «Служебном романе» Басилашвили ездит на волге и слушает кассетный магнитофон, и про него там говорят «большим человеком стал», а директор вроде обычный дядя, вроде позавчера в гости заходил, чай пить. Не углубляясь в дебри воспоминаний, — «давать на лапу» у нас в семье было не принято и по общему родительскому наставлению — плохо.
В то время, как во всей стране совершенно нормально. Со времён советского хронического дефициты народ привык, что всё нормальное нужно доставать. Как именно знали все и в то же время никто. И поныне у каждого есть «специальный человечек», которого нужно зарядить, номер кабинета, где нужно капнуть на жало. В джентельменский набор рассказов любого взрослого человека из серии «Какой я был однажды молодец» входят истории о том, как правильно сунуть в лапу, организовать барашка в бумажке, подмазать кого-то, передать в конверте специальное предложение, добавить смазки, если дело застопорилось.
Забавно, насколько «человечки» те нежные. Казалось бы, товарно-денежные отношения: ты им деньги, они тебе липовые документы, техосмотр, кредит в банке и т. п. Ан нет, своими словами вещи называть ни в коем случае нельзя, а то человечки обидятся и не будут помогать. Чувствуешь себя персонажем дешёвого криминального телесериала со второго канала. Смех да и только. В двадцать первом веке, в стране с налаженной тендерно-откатной системой вознаграждения подобного рода называют теперь личным бонусом или агентскими.
Когда я только вернулся, путался, как использовать словосочетание «у нас». Сейчас, спустя месяц жизни на Родине, решил всё же, что семью и детей буду кормить и растить не здесь. Мне так удобнее и спокойнее, не суть. Поэтому позволю себе сказать следующее. У нас уровень коррупции, как в Грендландии, и иногда, небольшому человеку, обычному жителю страны с регулярными вопросами это неудобно. Индусы, сидящие железными жопами на распределительно-управляющих позициях, они как роботы — опоздал, недосдал, ошибся, не заполнил — получаешь категорическое нет и без вариантов. В России всегда, и мне это по-бытовому нравится, есть варианты, всегда можно договориться.
Более того, как показывает пример Китая, где вся экономика держится на откатах и уровень коррупции, приближается к российскому, а то и по иным оценкам к нигерийскому, — так жить можно. И можно жить хорошо. Так что не подумайте, я не пытаюсь тут с белой башни плевать на плеши прохожих, взятки в контексте русской действительности — это не не плохо и не хорошо, это так есть, это «своя схема», которая работает.
